'To Scherbinin'

Житье тому, любезный друг,

Кто страстью глупою не болен,

Кому влюбиться недосуг,

Кто занят всем и всем доволен;

Кто Наденьку, под вечерок,

За тайным ужином ласкает

И жирный страсбургский пирог

Вином душистым запивает;

Кто, удалив заботы прочь,

Как верный сын пафосской веры,

Проводит набожную ночь

С младой монашенкой Цитеры.

Поутру сладко дремлет он,

Читая листик «Инвалида»;

Весь день веселью посвящен,

А в ночь — вновь царствует Киприда.

И мы не так ли дни ведем,

Щербинин, резвый друг забавы,

С Амуром, шалостью, вином,

Покамест молоды и здравы?

Но дни младые пролетят,

Веселье, нега нас покинут,

Желаньям чувства изменят,

Сердца иссохнут и остынут.

Тогда — без песен, без подруг,

Без наслаждений, без желаний,

Найдем отраду, милый друг,

В туманном сне воспоминаний!

Тогда, качая головой,

Скажу тебе у двери гроба:

«Ты помнишь Фанни, милый мой?» —

И тихо улыбнемся оба.

6 июня 1799 года родился Александр Сергеевич Пушкин

А.С. Пушкин. "Щербинину". Стихотворение. Автограф. 9 июля 1819. Ф.1336. Оп.1. Ед.хр.76. РГАЛИ

June 6, 1799 is a birthday of Alexander Pushkin

Alexander Pushkin. 'To Scherbinin'. Poem. Autograph. July 9, 1819. F.1336. Ind.1.Folder 76. RGALI

Fonte : Russian State Archive of Literature and Art

Sankt Petersburg

I love you, Peter's great creation,

I love your view of stern and grace,

The Neva wave's regal procession,

The grayish granite - her bank's dress,

The airy iron-casting fences,

The gentle transparent twilight,

The moonless gleam of your nights restless,

When I so easy read and write

Without a lamp in my room lone,

And seen is each huge buildings' stone

Of the left streets, and is so bright

The Admiralty spire's flight,

And when, not letting the night's darkness

To reach the golden heaven's height,

The dawn after the sunset hastens -

And a half-hour's for the night.

(By poet A. Pushkin)

Александр Пушкин (Гаврилиада, 1821)

. . .

Поговорим о странностях любви

(Другого я не смыслю разговора).

В те дни, когда от огненного взора

Мы чувствуем волнение в крови,

Когда тоска обманчивых желаний

Объемлет нас и душу тяготит,

И всюду нас преследует, томит

Предмет один и думы и страданий, -

Не правда ли? в толпе младых друзей

Наперсника мы ищем и находим.

С ним тайный глас мучительных страстей

Наречием восторгов переводим.

Когда же мы поймали на лету

Крылатый миг небесных упоений

И к радостям на ложе наслаждений

Стыдливую склонили красоту,

Когда любви забыли мы страданье

И нечего нам более желать, -

Чтоб оживить о ней воспоминанье,

С наперсником мы любим поболтать.

E a cada outono

Eu floresço de novo;

Para a minha saúde

É útil o frio russo;

Pelos hábitos dos seres

Novamente sinto amor:

O sono voará para a morte,

A fome encontrará a morte...

Aleksandr Sergeevich Pushkin

The latter days of fall are often cursed,

But as for me, kind reader, she is precious

In all her quiet beauty, mellow glow.

Thus might a child, disfavored in its family,

Draw my regard. To tell you honestly,

Of all the times of year, I cherish her alone.

She's full of worth; and I, a humble lover,

Have found in her peculiar charms.

Alexander Pushkin (1799-1837)